БРАК ИЛИ БЕЗБРАЧИЕ

FB_IMG_1469730012383

В нашей компании было шесть-семь человек. В то время все мы были еще неженаты. Однажды летним вечером мы сидели под сосной и слушали Старца. Он говорил нам: «Пусть вас не терзает вопрос выбора между браком и безбрачием. Иногда душевно-плотские пожелания склоняют вас к браку, а иногда эта тяга к созданию семьи уходит, будучи вытеснена Божественными устремлениями, которые выше брака. Когда приходят чувственные искушения, не пытайтесь изгнать их силой, потому что это сатане только на руку. Он будет представлять их вам еще более привлекательными и тем самым наносить вам все большее и большее повреждение. Лучше встречайте их спокойно и обращайте из греховных — в чистые. Скажите себе: «Можно жениться и наслаждаться радостями семейной жизни; и это угодно Господу». А когда приходят пожелания провести жизнь в девстве и чистоте, то принимайте их с благодарностью, таинственно упражняясь в искусстве святости. Когда-нибудь одна чаша весов перевесит. Одни люди стремятся к святости, сражаясь со своими страстями и грехами, а другие — любя Христа и следуя Его святой воле. Первые достигают немногого, потому что они ведут жестокую «холодную войну». Вторые достигают большего. Для любящих Христа греховные страсти пред радостью ощущаемой ими любви Божией теряют свои очарование и силу. Когда рассветает и в нашу комнату проникает солнечный луч, тьма неизбежно отступает».

Старец прервал свою беседу и, как нам казалось, задумался. Затем он продолжил: «Наверное, не следовало бы вам этого говорить, но я все-таки скажу это. Иной человек может достичь преклонного возраста и все еще колебаться в выборе между браком и безбрачием. Тогда сатана начинает очень жестоко нападать на него, влагая ему в душу панический страх, что он так никогда и не женится. Человек в панике начинает искать себе невесту, просить своих знакомых, чтобы они нашли для него подходящую кандидатуру, чем вызывает у всех только насмешки, и в конце концов… он становится душевнобольным. Поэтому я вам и говорю, что решение вопроса, брак или безбрачие, не должно стать для вас навязчивой идеей. Вместо того чтобы терзаться, тщетно пытаясь самим найти на него ответ, устремите все силы своей души к тому, чтобы возлюбить Христа. В свое время Он даст вам извещение, соответствующее вашему душевному устроению. И это решение вы примете свободно, не принуждая себя к тому, не печалясь, спокойно и с благодарностью. Таким образом, вы навсегда освободитесь от этой проблемы и будете идти по выбранному пути, прославляя Бога».

Из книги «Цветослов Советов». Старец Порфирий Кавсокаливит.

Недавнее фото иконы Святителя Николая с Константиновском трассы

image

27 июня прислали фото нашей иконы Святителя Николая на Константиновской трассе около Источника.
По сердцу ножом… Но, слава Богу, пока стоит! Добрый человек регулярно ездит туда, ухаживает, ставит лампадку! Дай Бог ему здоровья!

Молитесь о здравии за раба Божьего Геннадия. 

Время молитвы

582146_fon_zvezdnoe-nebo_shirokoekrannyie_vecher_polnoekr_2500x1600_www.GetBg.net

По светлой логике богослужебного устава вечер и ночь — время для молитвы. Кто-то из афонских Старцев двадцатого века сравнивал вечернюю молитву человека с подземной рекой, которая наполняет колодцы добрых дел в течении дня.
А Патриарх Павел Сербский говорил, что нет большего блаженства, чем измождённому трудами человеку прийти в молитву. Важно тут и то, что все эти мудрые подвижники, и древние и современные, говоря о молитве имеют ввиду не вычитывание правил, но личный разговор с Богом, перемежаемый с Иисусовой молитвой. Все они явно ощущали свет и блаженство в таком общении, когда ты вслушиваешься в Господа и ещё говоришь ему обо всём, что случилось с тобой, знаешь, что тебя слушает Любящий, потому, что только встречая подлинную любовь человек желает просить прощения за всё то, где он поступал и жил вне её…

Артем Перлик

О воспитании детей

imageПослушай, что я тебе скажу: молись, а потом говори. Так поступай со своими детьми. Если ты все время будешь давать им советы, то они будут им в тягость, и, когда они вырастут, то будут ощущать давление. Так что предпочитай молитву. Говори с ними через молитву. Говори все Богу, а Бог будет говорить с ними. Не надо давать детям советы голосом, который слышат их уши. Ты можешь делать и это, но прежде всего нужно говорить о своих детях Богу. Говори: «Господи Иисусе Христе, просвети моих деток. Я Тебе их вверяю. Ты мне дал их, но я слаба и не могу их направить, поэтому прошу Тебя: просвети их». И Господь будет говорить с ними, и они скажут: «Ох, не следовало огорчать маму тем, что я сделал!» И это будет их внутреннее чувство, по благодати Божией.
Вот что является идеалом: чтобы мать разговаривала с Богом, а Бог с ребенком. А иначе ты говоришь, говоришь, говоришь… Все это в одно ухо влетает, из другого вылетает, и в конце концов начинает восприниматься как давление. И когда ребенок вырастает, наступает реакция — он начинает так или иначе внутренне мстить отцу и матери за то, что они давили на него. А в идеале должна говорить любовь во Христе и действовать святость отца и матери. Сияние святости, а не человеческие усилия делают детей хорошими».
Когда дети травмированы и страдают по какому-то серьезному поводу, не беспокойтесь из-за их сопротивления и грубости. В действительности они не хотят вести себя так, но не могут иначе в трудные моменты. Потом они раскаиваются. Но если вы раздражаетесь и впадаете в гнев, то становитесь на сторону лукавого, и он всеми вами играет.Старец Порфирий Кавсокаливит

Отголоски Царства Божия

image«Мне предстояло прочесть лекцию о созерцательной жизни, и Провидение послало мне стишок, который вам, вероятно, хорошо знаком, но вряд ли применялся для духовного научения. Он начинается так:

В лесу жила была премудрая сова.
Преостро видя все, скупилась на слова;
Скупясь же на слова, все слышала и знала.
Ах, если бы она для нас примером стала!

Я думаю, это почти исчерпывающее учение о созерцательной жизни для начинающих и для тех, кто живет приходской жизнью, для людей в миру. Стишок говорит нам, что первое условие, чтобы слышать — научиться некоторой степени молчания, первое условие, чтобы видеть — научиться смотреть. Это кажется очевидным. Но это не очевидно из того, как мы относимся к этой теме. Вы прекрасно знаете, как мы слушаем друг друга. Пока человек говорит, мы в мыслях комментируем его слова, и в конце его речи у нас готово возражение ему. Мы не прислушивались к тому, что он говорил, мы вслушивались в то, что можем ему возразить. То же самое верно в отношении зрения. Очень редко мы смотрим в лицо человеку так, чтобы запомнить и увидеть его. Часто ли мы помним лицо человека, которого каждый день встречаем на работе, на улице, на лестничной площадке? Мы узнаем человека по нескольким формальным характерным чертам, вот и все. Я помню одного священника; проповедуя в его присутствии, я сделал подобное замечание. Он сказал: «Как я могу помнить людей, приходящих ко мне? Я слишком многих вижу!» Нет, он не видел никого из приходивших к нему! Потом он спросил: «Можете ли сказать, каким образом этому научиться?» Я ответил: «Закройте глаза и скажите, какого цвета глаза у вашей жены». Он не смог дать ответ! — они слишком долго были женаты…
И это чрезвычайно серьезно. Оно, конечно, звучит забавно, но это значит, что мы не видим людей и не слышим, что они говорят. Что касается слышания, тут дело обстоит некоторым образом еще хуже, потому что глазами мы способны по крайней мере узнать человека, опознать его, но так как мы трусливы, слушаем мы неохотно. Мы слушаем только слова, стараясь не брать на себя риск понять смысл, стоящий за словами; закрываем сердце, чтобы не брать на себя ответственность, чтобы не связаться с мыслью, с жизнью другого человека.
Вы встречаете человека и приклеиваете ему ярлык «учитель», «директриса», «епископ», «мой сосед», и как только вы наклеиваете ярлык, ярлык заслоняет вам человека. Потому что человек не есть то или другое из упомянутого, он чрезвычайно сложное существо, а вы знаете только одну его грань, отмеченную вашим ярлыком; а в нем есть еще бесконечно много граней, о которых вы даже не подозреваете.
Помню, однажды в Америке я зашел в старый храм. Я просто зашел посмотреть и увидел: сидит человек, охватив голову руками в состоянии, как мне показалось, глубокой подавленности. Я подошел к нему, обнял за плечи и сказал: «В чем дело?» Он обернулся ко мне и начал плакать, а потом рассказал, что женат уже двадцать пять лет, что он священник. И он обнаружил, что больше не любит свою жену, и единственный выход для них — расстаться. А если он расстанется с женой, то расстанется и со священством, потому что это будет полный крах всего, во что он верил.
Мы поговорили, не очень долго, но действительно, что называется, «от сердца к сердцу». И я посоветовал ему пойти домой, и прежде чем позвонить в дверь, остановиться и осознать, что он ищет не девушку, на которой женился двадцать пять лет назад, что он не станет искать черты, которые он видел некогда, и в целом девушку, которой больше нет; он остановится и скажет себе: я звоню в дверь незнакомой женщины. Кого я встречу? — и спросит себя, может ли он полюбить эту женщину, которую прежде никогда не видел. Он так и сделал, и потом написал мне, что никак не ожидал того, что случилось. Он остановился, отбросил все прежние образы, позвонил в звонок и взглянул в лицо женщины, открывшей дверь; и влюбился в нее. Потому что он посмотрел в лицо действительности и не отогнал ее ради того, что когда то было реально, но не отвечало его ожиданиям теперь».

Митрополит Антоний Сурожский

Преподобный Порфирий Кавсокаливит

009946Старец [Прп. Порфирий Кавсокаливит] спросил меня: «Ну, расскажи мне, дитя мое, что говорит Геронда Эмилиан о числе 666 и об антихристе?»
Я ответил: «Геронда, он сказал нам на одной из последних общих бесед, чтобы мы не волновались. Чтобы мы заботились о том, чтобы иметь живую связь со Христом. Что же касается вопроса об антихристе, то не следует уделять ему слишком много внимания, потому что в противном случае он, а не Христос, займет центральное место в нашей жизни».

Как только я это сказал, Старец хлопнул руками по кровати, на которой сидел, и воскликнул: «Что ты говоришь, что ты говоришь, дитя мое! Славе Тебе, Боже, что я нашел хоть одного духовника, который согласен со мной.

Ты знаешь, дитя мое, что эти духовники наделали здесь, в миру? Они этим числом 666 взбудоражили людей, создали целый клубок проблем — в семьях, в сознании людей. Люди потеряли сон. Чтобы уснуть, они принимают психотропные препараты и снотворное. Ну что это такое? Христос, дитя мое, не хочет, чтобы все было так.

Сказать тебе кое‑что еще?» Я ответил: «Скажите, Геронда». Он сказал: «Для нас, христиан, для нас, если мы живем Христом, не существует антихриста. Вот скажи мне, ты смог бы сесть сюда, на кровать, в которой я сижу?» — «Нет, Геронда.» — «Почему?» — «Потому что тогда мне придется сесть прямо на Вас, и я Вас раздавлю». Тогда отец Порфирий спросил: «А когда же ты сможешь сюда сесть?» — «Когда Вы встанете, тогда я смогу сесть», — ответил я. «С душой, дитя мое, — продолжил Старец, — происходит то же самое. Когда мы имеем в себе Христа, может ли прийти антихрист? Может ли войти какая‑либо противоположная сущность в нашу душу?

Сейчас мы, дитя мое, не имеем в себе Христа, поэтому и беспокоимся об антихристе. Когда мы вмещаем внутрь себя Христа, тогда все становится Раем. Христос — это все, так всегда и говори людям, дитя мое, и мы не боимся Его врага. И смотри, вот что я тебе еще скажу.

Если бы сейчас пришел сам антихрист с лазерным прибором и насильно поставил на мне печать 666, я бы не расстраивался. Ты мне скажешь: «Геронда, но разве это не знак антихриста?«Да если бы он написал на мне лазерными лучами и тысячу раз 666, написал нестираемо, я бы не расстраивался.
Почему? Потому что, дитя мое, первых мучеников бросали к диким зверям, но они осеняли себя крестным знамением, и те становились агнцами; их бросали в морскую пучину — они осеняли себя крестным знамением, и море становилось твердью, и они ходили по нему как по суше; их бросали в огонь — они осеняли себя крестным знамением, и огонь становился прохладой.

Благословенное мое чадо, что мы такое сейчас? Верим ли мы во Христа? Где наше крестное знамение? Зачем же пришел Христос? Не для того ли, чтобы укрепить нашу немощь?

Так скажи, дитя мое, и Старцу. И ты сам говори людям, чтобы они не боялись антихриста. Мы — чада Христовы, мы — чада Церкви». Эти слова произвели на меня очень сильное впечатление.

Затем Старец продолжил:
— Сказать тебе кое-что еще? — спросил он.
— Да, Геронда, пожалуйста.
— Как приехал патриарх Димитрий в Афины?
— На самолете.
— Это понятно, я знаю, что на самолете. Не вплавь же ему добираться. С какими документами он приехал?
— С паспортом, Геронда.
— Греческим или турецким?
— Не знаю.
— Надо же, а еще прикидываешься умником. С турецким паспортом. А какой национальный символ у Турции, знаешь?
— Не знаю, Геронда.
— Ну, это уж слишком. Ты не знаешь национальный символ Турции? Национальный символ Турции — полумесяц. А ты знаешь, после явления Магомета, какое наименование отцы нашей Церкви дают полумесяцу?
— Нет, Геронда.
— Взять бы твой диплом и разорвать. Ну какой ты богослов? — воскликнул со смехом отец Порфирий. — Полумесяц является символом антихриста. Если полумесяц является символом антихриста и в паспорте у нашего патриарха стоит символ антихриста (и на штампах тоже, сколько печатей ставят при въездах-выездах!), тогда что же, можно сказать, что наш патриарх — антихрист? Нет, нет, дитя мое! Не будем так сильно ограничивать Евангельскую весть! Христос не так узко мыслит, как мы, люди, стремящиеся защитить свои права. Так ты и скажи Геронде, так говори и людям: мы не боимся ни антихриста, ни 666.

Все это произвело на меня большое впечатление, и я совершенно успокоился. И я передаю слова Старца всем, кто ко мне обращается.

преп. Порфирий Кавсокаливит
Цветослов советов

http://azbyka.ru/otechnik/Porfirij_Kavsokalivit/tsvetoslov-sovetov/6

Прошу прощения

Дорогие братья и сестры! Хочу сообщить вам о том, что с 22 июля я освобожден от настоятельского служения на Источнике Святителя Николая Чудотворца г.Авдеевки. Владыка Иларион удовлетворил мое прошение о переходе в другую епархию нашей Украинской Православной Церкви. Я думаю, вы все понимаете серьезность и осознанность такого моего решения, которое я принимал вместе с моей семьей и всей моей оставшейся в Авдеевке маленькой общиной. Не буду скрывать, последние полгода моей жизни были постоянным вопрошанием и молитвой к Богу о том, какова будет Его воля о Святом Источнике и о моей семье.
Те условия, в которых уже год находится Источник Святителя Николая оказались более чем экстремальными — расположение в лесу на линии огня между враждующими сторонами, неимоверное количество мин и растяжек вокруг храма в лесу, постоянная опасность для жизни и здоровья прихожан и многое другое… Тем не менее, весь этот год мы вместе с вами совершали на Источнике богослужения, занимались уборкой территории, по мере сил раздавали гуманитарную помощь.
Причин, по которым мне приходится уходить, несколько и я не буду их скрывать — уже ровно год, как я не получаю зарплату, не могу обеспечивать свою семью, не могу платить кредит… Мои любимые жена и дети, которые уже год живут у родителей, стали сильно страдать без своего мужа и отца, их ненадолго утешали мои кратковременные приезды… Поверьте — они терпели, сколько могли. Что переживал лично я, разрываясь между общиной и семьей, знает только Господь.
Конечно, можно было где-нибудь неподалеку снимать жилье, но за какие средства? И семья, попавшая в своем собственном доме под обстрел в январе разве вернется в прифронтовую зону, где один вид военной техники и вооруженных солдат уже приводит тебя в панику?
«Господи, скажи ми путь, в онь же пойду…»
Я понимаю, что семья — это твоя малая Церковь, за которую ты как глава в ответе перед Богом. Понимаю, что в случае твоей смерти от осколка или пули тебя на приходе сможет заменить другой священник, а вот в семье тебя не заменит никто. И твоя семья не нужна будет никому — кто знает, тот понял, что я имею ввиду… Да, мы как солдаты несем свою службу рискуя жизнью, но ведь на фронте солдат тоже меняют.
Я ухожу с тяжелым сердцем, покидая Авдеевку, которую сильно полюбил, покидая дорогих авдеевцев, оставляя нами построенный красивый деревянный храм, обустроенный дом, в котором мы не пожили и года…
Не могу больше писать — слишком больно.
От всего сердца благодарю добрых людей, которые все это время помогали моей семье кто чем мог, я буду до конца своих дней молиться об их спасении.
Я очень рад тому, что все остальные приходы Авдеевки остаются со своими пастырями — о.Артемием, о.Андреем и о.Виталием, пусть Милостивый Господь укрепит своих верных служителей и их паству.
Мы переезжаем к родителям, они помогут нам с жильем.
Простите меня, дорогие!
Авдеевка, я люблю тебя! Храни вас Господь! Мира всем нам!